Рушники шиты крестиком, драники
Остывают, кустится герань.
В подстаканниках двадцатигранники
На столе в предрассветную рань.
У хозяйки ажурная вывязка,
Безупречно ручное шитво.
И всего-то верст двести до Витебска
И до Пскова не больше того.
И посмотришь, с кем нынче соседишь —
Заглядишься, захватит дух.
Этот сельский пейзаж — город Себеж.
Старый город, что стоит двух.

В городском сюртуке деревенщина
Продает, отдает натюрморт:
Обнаженная стройная женщина
Гримирует себя у трюмо.
А над ним живописная вывеска:
«Парикмахерская-макияж».
Чемодан белорусских — до Витебска
И до Пскова один саквояж.
У проезжих дорог перекрестья,
Перекрестка больших дорог
Стал с этюдником гений предместья
И Отчизны моей пророк.

Закоулки и улочки Н-ские
Мощены, скруглены и тесны.
Только избы кругом деревенские,
Что углами, как Пресня, красны.
Дом с геранью и келья пресвитера
Трехсотлетним устоям под стать.
Почитай, по прямой — что до Питера,
Что до Риги — рукою подать.
Здесь России глухие задворки,
И позволено бобылю
С колокольни на Замковой горке
Прокричать: «Я тебя люблю!»